“Отец Томоса” рассказал “Стране”, что думает о превращении Святой Софии в мечеть, об обвинениях в заговоре против Эрдогана, о Филарете и ПЦУ
Превращение в мечеть бывшего православного Собора Святой Софии (Айя-София) в Стамбуле, который последние несколько лет был музеем, вызвало напряженность между христианами и мусульманами и обострило и так непростые отношения Греции и Турции.
Афины и Анкара оказались в шаге от военного столкновения – и не только из-за храма. Добавились другие проблемы, в том числе спорные острова. Одновременно с первым намазом в теперь уже мечети Софии в минувшую пятницу турки отправили исследовательское судно Oruc Reis к берегам греческого острова Кастелоризо для так называемых “сейсмических исследований” с целью разведки газовых месторождений.
Греческие власти заявили, что не готовы терпеть действия Турции, так как разведка месторождений проходит в акватории, относящейся к исключительной экономической зоне Греции. Сейчас вооруженные силы обеих стран приведены в состояние повышенной боеготовности.
Споры из-за островов и намаз в соборе Софии вызвали волну протестов в Греции, где начали жечь турецкие флаги.
Премьер-министр Греции Кириакос Мицотакис назвал Турцию “источником проблем” и заявил, что решение сделать Айя-Софию мечетью – это “оскорбление цивилизации XXI века”.
“То, что сегодня происходит, – это не демонстрация силы, а доказательство слабости, – сказал глава греческого правительства. – Особенно для нас, православных христиан, Айя-София остается в наших сердцах как никогда раньше. Именно там бьется наше сердце”.
Турки резко отвечают соседям.
“Греция должна забыть о византийской мечте, от которой она не может избавиться уже 567 лет, и покончить с исходящим от этой мечты недовольством”, – сказано в заявлении официального представителя МИД Турции Хами Аксоя.
Таким образом представитель МИД Турции намекает на падение на Константинополь в 1453 году, когда столица Византийской империи была захвачена турками-османами.
После этого Собор Святой Софии – построенный в VI веке памятник византийской архитектуры – был обращен в мечеть. В 1935 году, в рамках политики модернизации страны, которую проводил президент Ататюрк, София стала музеем, а недавно власти Турции снова изменили статус и теперь объект официально называется “Большая мечеть Айя София”.
“Варфоломей потерял кафедру”
Против этого решения выступили многие ученые и христианские деятели, в том числе Русская православная церковь и Папа Римский.
Константинопольский патриарх, “отец Томоса” Варфоломей долгое время не высказывался на эту тему (в ПЦУ также не комментируют) – по понятным причинам, ведь его резиденция находится в Стамбуле. И он сильно зависит от отношений с властями Турции.
Лишь незадолго до превращения Собора в мечеть Варфоломей высказал свое осуждение этого шага.
Сейчас патриарх, как поделились с нами источники в церковной среде, оказался в шатком положении.
В экспертной среде есть мнение, что Варфоломей потерял свою кафедру, так как главный христианский храм Византии символически оставался кафедрой константинопольских патриархов, которая при превращении в мечеть перестала существовать.
Кроме того, турецкие СМИ обвиняют патриарха в связях с оппозиционным политиком, живущим в США Фетхуллахом Гюленом и даже в якобы причастности к попытке свержения Эрдогана 15 июля 2016 года.
“Любое неосторожное слово может грозить его безопасности”, – сказали нам в его окружении.
Впрочем, чаще Варфоломей бывает в Греции, а в Стамбуле появляется только на большие события вроде синодов, и с усиленной охраной. Еще до ситуации со Святой Софией патриарха предупреждали об угрозах его жизни, об этом писало греческое издание Ekipaira.
“Стране” удалось встретиться с Варфоломеем в минувшие выходные, во время его поездки на остров Бозджаада в Эгейском море, в 400 км от Стамбула.
Патриарх каждым летом приезжает на этот бывший греческий остров Тенедос, где 26 июля проходит фестиваль в православном монастыре Параскевы в честь дня этой святой (известен “пещерой желаний”, где посетители зажигают свечи и загадывают желание) и служит в местной греческой православной церкви Девы Марии. Из-за эпидемии празднества в этом году были намного скромнее.
Также он часто отдыхает на соседнем острове Гекчеада, который тоже раньше принадлежал грекам и назывался Имроз – здесь Варфоломей (настоящее имя Димитриос Архондонис) родился 80 лет назад.
Варфоломей приехал на острове на Mercedes Vito, в сопровождении внушительной охраны на Toyota RAV (и, кстати, бодигардов на острове ему предоставили местные власти). За Варфоломеем везде ездит родной брат, он же его ближайший помощник, с которым они похожи как две капли воды.
Брат Варфоломея – человек светский, похож на престарелого миллионера, в поло от L’Acoste, в очках, как и патриарх, с благородной сединой.
Патриарх остановился в эксклюзивном бутик-отеле на берегу Эгейского моря, 200-летнем каменном здании, бывшей винодельне, с виду одноэтажном, но в нем есть еще два подземных этажа. Внутри – все уставлено антиквариатом, а потолки украшены светильниками из миланского собора.
Хозяйка отеля – турчанка с греческими корнями Гюль Шонеф, у нее обычно гостят ВИПы, богатые греки и Варфоломей во время визитов на остров. В этом году из-за коронавируса и обострения с Грецией многие из них отменили резервации.
“Должен был приехать греческий консул, отменил поездку”, – говорит Шонеф, готовя фрукты высокому гостю. В этот день отель открылся только для Варфоломея.
Часть греческой общины в Турции – или, как их называют, румы – опасается, что ситуация может еще обостриться.
Варфоломей выходит в холл отеля в маске, за ним – охрана. Он направляется в храм на службу, где его ждет местная греческая община. По телевизору в лобби как раз показывают новости из Греции, где жгут турецкие флаги в знак протеста против “омусульманивания” собора Святой Софии.